Безупречная репутация помогла историку Георгию Афанасьеву стать финансистом

Одесский историк Георгий Афанасьев получил высокую должность в киевском банке благодаря безупречной репутации честного и порядочного человека. Его профессиональные таланты оказались востребованы и Николаем II, и гетманом Павлом Скоропадским.

Банкиру пришлось работать с рублем, карбованцем и гривней — всегда он оказывался на высоте. Мешали ему лишь завистники и политические форс-мажоры.

Экономист-теоретик

К Афанасьеву, сыну армейского полковника, с юных лет судьба, казалось, благоволила. Мальчик родился и жил в Уфе, учился в лучшей гимназии города. Однако в 1865 г., когда Георгий получил аттестат зрелости, неожиданно умер его отец. 17-летний юноша переехал в Одессу к дяде и поступил на историко-филологический факультет местного Новороссийского университета.

Афанасьев оказался настолько успешным студентом, что уже на IV курсе был приглашен преподавать в частную женскую гимназию Гауеншильд. По завершении учебы талантливого молодого человека оставили на кафедре всемирной истории. Спустя три года он стал приват-доцентом, специализировался на истории экономики.

В 1877 г. Афанасьев начал вести политический отдел в одесской газете «Правда» (отношения к большевикам она не имела) — публиковал поучительные сюжеты из прошлого, имевшие актуальный подтекст. Эти статьи — их было более 200 — принесли ему невероятную популярность в Одессе.

7000 рублей в год составляло максимально возможное жалованье руководителя Киевского отделения Госбанка в 1900 г.

Он продолжал и научную деятельность. В 1884 г. защитил магистерскую диссертацию «Главные моменты министерской деятельности Тюрго» — о причинах краха реформ, начатых французским экономистом XVIII столетия. В следующем году увидела свет монография «Внешняя политика Наполеона III», а еще спустя два года — книга «Судьбы Ирландии».

В 1892 г. Афанасьев защитил докторскую диссертацию «Условия хлебной торговли во Франции в конце XVIII столетия». Спустя год опубликовал фундаментальное исследование «Капитал, спекуляция и банкиры», сделавшее ему имя в научных кругах.

Оппозиционер и смутьян

Пребывая на пике славы, Афанасьев принял участие в конкурсе на замещение должности заведующего кафедрой всемирной истории. Университетское начальство «прокатило» Афанасьева, отдав предпочтение явно слабому конкуренту.

Дело в том, что ученый имел репутацию оппозиционера и смутьяна — его демонстративный интерес к Французской революции выглядел не только подозрительно, но и вызывающе. Хотя на самом деле историк изучал причины возникновения революции, чтобы предотвратить подобное в Российской империи.

История возмутила многих, особенно Сергея Витте, когда-то учившегося в Новороссийском университете и помнившего Афанасьева. Витте занимал пост министра финансов Российской империи и подыскивал кандидатуру управляющего Киевской конторой Государственного банка. Основной критерий — честность и порядочность. Среди профессиональных финансистов Витте таких не видел.

И тут министр сообразил, что лучшей кандидатуры, чем его приятель-студент, не найти. Правда, Георгий Емельянович не имеет опыта работы в финансовых учреждениях, зато его нашумевшая книга «Капитал, спекуляция и банкиры» показывает, что автор глубоко разбирается в хитросплетениях финансовых проблем. А практический опыт — дело наживное.

В 1895 г. Сергей Витте предложил Георгию Афанасьеву должность управляющего в Киеве. Одессит согласился не раздумывая — далее оставаться в Новороссийском университете он не имел ни малейшего желания.

Банкир-практик

Афанасьев переехал в Киев и взялся за дело. Под его руководством региональное подразделение Госбанка стало одним из лучших в империи.

В 1900 г. Афанасьев за «успокоение киевского рынка» был поощрен увеличением жалованья: вместо 6000 руб. в год ему назначили максимально возможную ставку — 7000 руб. А уже в следующем году был вновь награжден — орденом Св. Владимира IV степени.

Именно Афанасьев «пробил» строительство нового здания на Институтской — нынешний главный корпус Нацбанка Украины. Проектное задание разработал лично, съездив в Европу и подробно изучив «устройство» зданий Deutsche Bank и Credit Lyonnais. Победителем конкурса стал киевский зодчий Алексей Кобелев. В 1902 г. Петербург утвердил смету строительства.

В 1905 г. здание в стиле североитальянской готики распахнуло двери для сотрудников и клиентов. Все помещения освещались электричеством, отапливались, вентилировались и были оснащены системой противопожарной сигнализации — первой в Европе.

Банкир находил время и для общественной деятельности. Он являлся членом благотворительных организаций — Общества борьбы с детской смертностью, Общества покровительства лицам, освобождаемым из мест заключения, и др.

Охотно откликнулся на просьбу представителей Киевской мужской торговой школы им. Н. Терещенко о том, чтобы несколько воспитанников проходили практику в Киевском отделении — ежегодно два-три ученика в течение 3,5 мес. постигали тонкости банковского ремесла.

Интриги, интриги…

Успешный управляющий не давал покоя политическим конкурентам. И. о. киевского губернатора Павел Курлов «сигнализировал» в Петербург, что Афанасьев «всеми силами, а главное, кредитом в Госбанке» поддерживает оппозиционную партию конституционных демократов. Накануне выборов во II Госдуму, назначенных на февраль 1907 г., подобный «сигнал» гарантировал отставку.

Однако министр финансов Владимир Коковцов, высоко ценивший профессионализм Георгия Емельяновича, возмутился и потребовал доказательств. Их не оказалось, интрига рассыпалась.

В 1911 г. Курлов, уже заместитель министра внутренних дел, затребовал у начальника Киевского охранного отделения список членов конституционно-демократической партии, обнаруженный при обыске… пятилетней (!) давности. В нем значился некий Афанасьев — однофамилец банкира.

Курлов препроводил «находку» премьер-министру Петру Столыпину с уточнением, что хотя управляющего Киевской конторой в списке нет, он также является членом оппозиционной партии. От гнева премьера и отставки Георгия Емельяновича спасла смерть Столыпина, убитого в Киеве террористом.

Тем не менее тучи над головой самого успешного банкира страны продолжали сгущаться. После отставки Коковцова он остался без покровителей. В стране тон задавали правые, пользовавшиеся поддержкой императора, и Афанасьев решил не ждать, когда его снимут с должности под надуманным и унизительным предлогом. В июне 1914 г. сам написал прошение об отставке, сославшись на ухудшение здоровья.

На вершине

66-летний отставник вскоре стал председателем правления Киевского частного коммерческого банка. К тому времени началась Первая мировая война, разразилась инфляция, и Афанасьеву стоило усилий удержать частный банк на плаву.

Однако вершины карьеры он достиг, пройдя 70-летний рубеж. Украина стала независимым государством, и в мае 1918 г. Афанасьев вошел в состав первого правительства гетмана Павла Скоропадского, заняв пост государственного контролера. А спустя полгода, в ноябре, гетман назначил Георгия Емельяновича министром иностранных дел.

Увы, этот период жизни длился недолго. Киев заняла Директория, гетман бежал в Берлин. Афанасьев нашел пристанище в Сербии, где получил то, чего когда-то его лишили в Одессе, — возглавил кафедру в Белградском университете. Там и скончался в 1925 г.

Be the first to comment

Leave a Reply

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*