Сахарозаводчик Леонид Пятаков сумел превратить знания в инновации, а инновации в капиталы

Всего, чего достиг Леонид Пятаков — из низов пробился на олимп, став собственником трех сахарных заводов, — он добился с помощью знаний и таланта.

А затем пережил серьезную драму: два его сына стали революционерами — могильщиками государственного строя, который дал их отцу все. От постоянных переживаний и нервных потрясений сахарозаводчик умер в расцвете сил.

В Черкасском уезде

Леонид Пятаков был сахарозаводчиком «второго эшелона» — таких как он в отрасли было большинство. Вся его карьера — менеджерская и предпринимательская — была связана с Украиной, куда он отправился в 1872 году из столичного Петербурга, окончив Технологический институт.

25-летний химик держал путь в самый «сахарный» уезд Киевской губернии — Черкасский. Там находились сахарные предприятия семей Терещенко (в Мокиевке, Лозановке, Куцовке, Станиславичах) и Бобринских (в Смеле, Ковалях, Ротмистровке, Прусах), Торгового дома братьев Яхненко и Симиренко. К последним, в городишко Млиев, и направлялся выпускник Технологического института, чтобы занять должность технолога на Млиевском сахарном заводе.

Предприятие переживало не лучшие времена. Оно находилось на грани банкротства, акционеры ссорились друг с другом, а минис­терство финансов отказалось предоставить сахарному заводу кредит.

В результате уже в следующем 1873 году Василий Симиренко, управлявший предприятием, вышел из состава акционеров и покинул Млиев. Несмотря на это, Леонид Пятаков делал все от него зависящее, чтобы предприятие продолжало выпускать продукцию.

Он проработал на Млиевском сахарном заводе 12 лет и за это время досконально изучил все технологические нюансы, приобрел огромный опыт в области производства сладкого продукта.

Так что вполне закономерным оказалось предложение, поступившее в 1884 году от владелицы соседнего Городищенского сахарного завода Екатерины Балашовой. Она пригласила Пятакова на должность директора завода. 37-летний химик предложение принял.

Совместитель

В Городище Пятаков отправился не один — еще во Млиеве он женился на талантливой пианистке Александре Ивановне Мусатовой, у супружеской четы родилось пять сыновей и дочь. Семья жила в служебной квартире при сахарном заводе.

Вместе с тем Леонид Тимофеевич взялся за создание собственного бизнеса: один за другим организовывал новые сахарные заводы, но не в Черкасском уезде, где конкуренция и без того была высокой, а в других губерниях — Подольской, Воронежской и Орловской. Со временем ему удалось преобразовать эти предприятия в акционерные общества.

На деньги акционеров Пятаков оснастил свои сахарные заводы технологическими новинками. А также внедрял собственные изобретения и находки. Дело в том, что в сахарном производстве широко применяются химические процессы, и образование Леонида Тимофеевича очень пригодилось ему.

Оригинальные разработки Пятакова заметили в Киеве, где работало отделение Императорского российского технического общества. Сахарозаводчика-изобретателя пригласили стать членом этого научно-инженерного объединения и написать ряд статей — они были напечатаны в «Записках», издаваемых Киевским отделением.

Эти публикации сделали имя талантливому предпринимателю и технологу. Его избрали вице-председателем Киевского отделения, а также членом правления Всероссийского общества сахарозаводчиков.

В начале ХХ века предприятия, созданные Леонидом Пятаковым, ежегодно производили более 1,2 млн пудов сахарного песка. Он оставил совместительство — ушел с поста директора Городищенского сахарного завода и переехал с семьей в Киев. Поселился в двухэтажном флигеле, расположенном по улице Кузнечной (ныне Горького), 5.

Отцы и дети

Как и всякий собственник «заводов-пароходов», Пятаков мечтал передать свои активы сыновьям. Вначале все к тому и шло. Александр Пятаков — старший сын — хорошо учился в реальном училище, поступил в Киевский политехнический институт, получил диплом инженера-технолога и остался преподавать в этом вузе.

Тем же путем пошли и два следующих сына, также окончившие КПИ. Причем Леонид-младший, третий сын сахарозаводчика, еще со студенческой скамьи был принят в члены Киевского отделения Императорского российского технического общества, чем отец особенно гордился.

С четвертым сыном, Георгием, случилась осечка. Еще во время учебы в Киевском реальном училище Св. Екатерины он попал в «плохую компанию» и в 14 лет вступил в подпольный революционный кружок, действовавший в этом учебном заведении. А следующий год — 1905-й — оказался годом революционных потрясений.

Киев сотрясали митинги и стычки с полицией, в которых Георгий Пятаков принимал самое активное участие. За систематический пропуск занятий его исключили из училища. Отец-сахарозаводчик попросил руководство учебного заведения принять у сына экзамены экстерном. Директор училища Эмилий Крейцман пошел навстречу — экзамены были приняты, ученик получил аттестат зрелости.

Однако это не помогло. Георгий познакомился с группой анархистов, перестал приходить домой, прятался на каких-то конспиративных квартирах. Отчаянию отца не было предела. А если бы Леонид Тимофеевич узнал, что его сын участвует в подготовке покушения на киевского генерал-губернатора Владимира Сухомлинова, его бы наверняка хватил сердечный удар.

К счастью, он этого не узнал. Наоборот, сын, разочаровавшись в терроре, вернулся домой и засел за книги. Читал литературу по экономике, а также «Капитал» Карла Маркса. В конце концов заявил о намерении стать экономистом и отправился учиться в Петербургский университет.

Отец был счастлив ровно три года, полагая, что трудности переходного возраста позади. Однако после 3-го курса «студент Пятаков Г.Л.» был арестован за организацию беспорядков в университете и выслан в Киев. Здесь продолжил революционную деятельность, за что был отправлен в Иркутскую губернию. Бежал оттуда в Европу, где познакомился с Лениным. Словом, стал потерянным для бизнеса человеком.

За что боролись

Но на этом кошмары Леонида Тимофеевича не закончились. Примеру Георгия последовал и другой сын — Леонид-младший. Тот самый, который еще студентом стал членом Киевского отделения Императорского российского технического общества и был главной гордостью и надеждой отца.

Абсолютно аполитичный, технарь до мозга костей, он с подачи брата тоже взялся штудировать Маркса. А вскоре оказался в рядах нелегальной партии большевиков.

Всего этого сахарозаводчик не в силах был перенести: в феврале 1915 года он скончался в возрасте 67 лет. А спустя два года от переживаний умерла и Александра Ивановна.

Именно в 1917-м — в год смерти матери — наступил «звездный час» братьев Пятаковых. Георгий возглавил в Киеве революционный комитет, поднявший в городе восстание, а Леонид — военную организацию при комитете.

Они яростно свергали власть, при которой их отец сделал завидную карьеру, а сами они стали наследниками заводов и миллионов.

Леонид вскоре погиб, а Георгий высоко поднялся в новой советской иерархии: возглавлял ЦК республиканской компартии, правительство УССР, руководил Госбанком СССР.

Ленин в «Письме к съезду» назвал его одним из выдающихся деятелей партии. К тому времени отцовские сахарные заводы давно были национализированы. Зато одну из киевских улиц назвали именем погибшего Леонида Пятакова.

В 1936-м Георгия объявили «подлым троцкистом», а в следующем — расстреляли. Улицу Леонида Пятакова, чтобы у киевлян не возникали ненужные ассоциации с «врагом народа», срочно переименовали в улицу Саксаганского.

Место захоронения Георгия Пятакова неизвестно. На Байковом кладбище сохранилась могила сахарозаводчика Леонида Тимофеевича Пятакова, на которой установлен высокий чугунный крест.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*